Евгений Олейник 0 5828

Пилотный проект. В Беларуси сохранили уникальный музей авиации

Статья из газеты: 14/07/2015

В посёлке Боровая (Минский район) под открытым небом находится единственный в своём роде музей авиационной техники.

Самолёты и вертолёты здесь сохранены в оригинальном виде, с настоящими деталями, заводскими номерами и т.д. Музейные экспонаты не огорожены, их можно потрогать, забраться внутрь. Есть в музее и редчайшие экземпляры, которых в мире остались единицы: сегодня это гордость выставки, а шесть лет назад за них приходилось воевать, остаивая право живой истории на место под солнцем.

29-07-2- Мы специально не перекрашиваем всю нашу технику, чтобы не превращать её в «мёртвые» памятники старины, - рассказал «АиФ» полковник запаса Юрий ПЕТРОВ, начальник музейного сектора Минского аэроклуба ДОСААФ. Он работает в авиации более 30 лет и знает историю каждого летательного аппарата.

История первая. Хозяин самолёта

Мы начинаем наше интервью возле бомбардировщика МиГ-25БМ. Таких в мире, по словам Юрия Петрова, остались всего две единицы: один стоит в Боровой, другой - в музее Таганрога.

- Я начинал службу в 3-й эскадрилье 931-го отдельного гвардейского разведывательного авиационого полка в должности старшего техника такого же самолёта, - говорит наш собеседник. - В конце августа 1985 года мы начали получать на вооружение новейшие самолёты - МиГ-25 модификации БМ. Всего таких бомбардировщиков было выпущено 40 штук. Это самолёт первого удара. В случае начала войны он должен был разрушить всю систему ПВО НАТО в Европе. 12 таких МиГов стояли в Германии, 12 - в Польше, 12 - в Беларуси (Щучин, Гродненская область). В 1992 году после подписания договора о разоружении самолёты собрали и почти все уничтожили в Барановичах.

Юрий Петров до сих пор помнит номера всех машин, на которых ему довелось работать техником. Он без запинки называет номер бомбардировщика, стоящего сейчас в музее. Удостоверяемся - всё точно. К слову, в авиации техники самолёта считаются особой кастой.

КСТАТИ
Открытие музея состоялось 4 июля 2009 года. Сегодня в его экспозиции - более 30 самолетов и вертолетов.

- Без моего разрешения никто не имел права работать на самолёте. Только в случае боевой тревоги техник звена - мой непосредственный начальник - мог выпустить самолёт без моего ведома. Всякий раз, когда специалисты узких отраслей завершали на машине свои работы и подписывались, я всё проверял и ставил, как говорят в авиации, «крайнюю подпись».

МиГ-25БМ, вспоминает начальник музея, был рассчитан в основном на ядерное вооружение. До 1989 года экипаж самолёта по ночам тренировался подвешивать ракеты специального назначения.

- Очень мощное оружие этот самолёт, поэтому его и старались в 90-е привести в негодность «по просьбе американских трудящихся». Нашему МиГу повредили крыло - этот урон восстановлению не подлежит. В лучшие годы он мог разгоняться до 3000 км/час. Несмотря на то что за бортом могло быть минус 60, корпус самолёта разогревался до 300 градусов. 75% стали, из которой он состоит, это нержавейка. У него сумасшедший расход топлива - при заправке 14 тонн. На 40 минут полёта в стратосфере уходили 12 тонн керосина. В случае необходимости подвешивали бак в виде банана длиной 10 метров ещё на 4,5 тонны топлива. Это продлевало время, проведенное в воздухе, на 20 минут.

МиГ-25 в советской армии был самым знаменитым «самолётом-гастрономом».

- Чтобы охладить систему наведения, радиостанцию, генераторы двигателя, применялась 46%-я водка или чистый спирт. Модификация МиГ-25БМ считалась самой «спиртовой». Расход - примерно 60 литров на час полёта. После каждой смены, считай, получал 1,5-2 ведра водки. В основном, конечно, тратили на натуральный обмен: в 90-е годы меняли на продукты. Большим позором считалось продавать оставшийся спирт за деньги.

Юрий Петров стал начальником музея благодаря этому бомбардировщику.

- Моя судьба связана с ним. Когда я служил в Минске и жил в общежитии, самолёт стоял у меня под окнами. 10 лет я отгонял дураков, которые пытались сдать его на металлолом. И ведь давили на меня: давай, мол, утилизируем! Я на это прямо сказал: устрою вам такую «обструкцию» в печати, что мало не покажется. В старое время мы так торопились сдать нашу технику в утиль, что некоторые экспонаты теперь приходится за большие деньги выкупать у тех же американцев. У них до сих пор летают наши МиГ-15, МиГ-17, МиГ-19, а у нас ни одного не осталось.

Самолёт - он ведь как живой. МиГи стояли у нас в подземных укрытиях, каждая створка - по 30 тонн. Бывало, зайдёшь в укрытие, приложишь ухо к самолёту - а в нём что-то шипит, переливается...

История вторая. Вертолёт-великан

«Звезда» музея - гигант Ми-26, самый большой вертолёт в мире. Его допустимая нагрузка - 20 тонн, или 16 тонн на внешней подвеске.

- Экземпляр, который стоит у нас в музее, чего только не повидал! В своё время на нём тушили пожары в Греции. Там на выходе даже есть надписи на греческом. Ми-26 принимал участие в переброске техники в зону Чернобыля. Правда, тушением не занимался, иначе его вместе с другой заражённой техникой оставили бы в зоне. Наши люди не боятся слова «Чернобыль», а иностранцы, услышав о Чернобыле, шарахаются от вертолёта как от прокажённого. Я им говорю: «Поверьте моей причёске, вертолёт абсолютно безопасен!» (Проводит ладонью по гладко выбритой голове. - Ред.) Шучу, значит...

Вся большая техника в СССР создавалась под конкретные нужды. Например, работники сельского хозяйства нередко жаловались, что в УРАЛах или ЗИЛах неудобно перевозить зерно. Дело в том, что эти транспортные средства в первую очередь предназначались для перевозки снарядных ящиков. Ми-26 строили для перевозки БМП весом 18 тонн или двух грузовых авто.

- Этот вертолёт - воплощение передовой человеческой мысли, он прост и эффективен, в нём нет ничего лишнего. Каждый шпангоут (несущая поперечная рейка) подписан для удобства эксплуатации. Пол грузовой кабины в заклёпках - чтобы не скользили ноги.

Во время интервью молодая семья залезла внутрь Ми-26 и стала с любопытством оглядывать кабину пилотов. Юрий Петров рассказал о кабине подробнее:

- В авиации командир всегда сидит слева, поэтому говорят: «Наше дело правое - не мешать левому». Все болты и гайки в самолётах после сборки фиксируются, чтобы из-за вибрации ничего не открутилось, поэтому в авиации есть закон: «Закрутил - законтри, сделал - запиши!» Все работы в авиации заканчиваются записью в журнале. С отчётностью у нас очень строго.

История третья. Афганский след

Боевой вертолёт Ми-24П, стоящий в музее, воевал в Афганистане. Его применяют для поиска и уничтожения бронетехники, живой силы противника. Неофициально Ми-24 называют «Корокодилом».

- Это одна из самых скоростных боевых машин. Два месяца назад наш музей посетил новый директор Оршанского авиапредприятия. Я ему рассказал про нашу выставку, а он мне говорит: «Я в 1982 году на таком вертолёте был борттехником». А у нас есть люди, которые тоже служили в Афганистане. Он спрашивает: «А кто?» Я говорю: «Вот, например, Степан Михайлович». Попросил показать, кто такой. Я и отвечаю: «Вон он идёт!» И тут возглас: «Михалыч!» Оказывается, наш руководитель полётов был у него командиром экипажа. Они и повоевали вместе, и горели, и падали. Вспоминали потом, как садились на вынужденную посадку в горах, отстреливались из ручного пулемёта... Они не виделись друг с другом с 1989 года и впервые встретились в нашем музее. Таких историй у нас очень много.

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Подписка


Актуальные вопросы

  1. Надо ли подавать налоговую декларацию, если в 2018 году продал квартиру?
  2. Почему говядина в СССР стоила дешевле колбасы и курицы?
  3. В каких случаях паспорт считается непригодным для использования?

Бизнес-форум

REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by