0 976

Заживём не по лжи? К 100-летию со дня рождения Александра Солженицына

11 декабря страна лоб в лоб столкнулась с юбилеем Александра Солженицына. Мы неслучайно употребили слово «столкнулась»: Россия продолжает сталкиваться со всеми теми проблемами и напастями, о которых предупреждал писатель.

Александр Солженицын.
Александр Солженицын. © / А. Натрускин / РИА Новости

Вячеслав Костиков, автор еженедельника «АиФ»:

И главная из них – сбережение народа. Эту задачу Александр Исаевич формулировал как национальную идею России. Задача не нова. О сбережении народа говорил ещё Михаил Ломоносов и вслед за ним почти все лучшие умы России. Но никто до Солженицына не ставил этот вопрос так остро и так последовательно.

Для Солженицына это не было случайностью. Он прошёл через все перипетии и трагедии ХХ в. Его отношение к народу и боль за его судьбу во многом предопределила его крестьян­ская родословная. Но это же стало и отправной точкой для многих его иллюзий и заблуждений: его «почвенничество», «славянофильство», переоценка роли общинного и коллективного в судьбе России.

Серьёзным уроком для будущего писателя стала бедность. Семья родителей была разорена в результате революции 1917 г. и последовавшей за ней Гражданской войны. Эта война в понимании писателя – величайшая и ещё не изжитая трагедия народа. Он неизменно предупреждал об опасностях политического нетерпения, натравливания одних слоёв общества на другие, стремления изменить всё и сразу. Сохранность государства наряду со сбережением народа была краеугольным камнем его убеждений. В. Путин, вспоминая о своих встречах с писателем, г­оворил о том, насколько его «поражало то, что Солженицын был органичный и убеждённый государ­ственник».

Не диссидент

В либеральных кругах принято причислять Александра Исаевича к диссидентам. Основания для этого есть: он был одним из самых гонимых в СССР правдоискателей. Власть его ненавидела, но, учитывая его мировой авторитет, побаивалась прибегать к крайним мерам. Впрочем, по ряду свидетельств, его всё-таки пытались отравить. Сам Александр Исаевич, кстати, возражал, когда его против воли причисляли к диссидентам. Он воевал не с государством, а с искривлением русских основ государства, против диктатуры и насилия, против искажения истории и примитивизации патриотизма.

Диссидентом Солженицына сделало само государство. Изначально он не был противником советской власти. Когда пришло время, вступил в комсомол. Почувствовав тягу к писательскому труду, он незадолго до войны даже подумывал о том, чтобы написать хороший и правильный роман о революции 1917 г. Роман не был написан, и мы никогда не узнаем о том, какими в нём оказались бы образы Ленина, Сталина, Троцкого и Дзержинского.

Открытие ГУЛАГа

Отношение к советской дей­ствительности перевернула Великая Отечественная. Солдатская правда войны в отличие от генеральской правды резко поменяла его отношение и к Сталину, и к сталинским порядкам. По неосторожности он поведал о своих сомнениях в письмах другу и, естественно, попал на карандаш вездесущим органам, в частности Смершу, военной контрразведке, и оказался вначале в тюрьме на Лубянке, а затем по приговору Особого совещания – в лагерях с приговором «вечная ссылка».

Почти на 10 лет ГУЛАГ стал судьбой писателя. Именно здесь Солженицын осознал, что в реальности представляла собой страна, «идущая к победе коммунизма», – огромную копию ГУЛАГа. Понял, что миллионы жителей этой страны, как и герой его рассказа «Один день Ивана Денисовича», существовали фактически на правах крепостных. Этот рассказ, опубликованный в «Новом мире» с разрешения Н. Хрущёва в ноябре 1962 г., стал откровением для всей страны. Это была первая (задолго до Горбачёва) попытка введения гласности сверху.

Пробуждение

Попытка Солженицына сказать народу правду о том, в какой стране он живёт, встретила яростное сопротивление власти. «Милости» Хрущёва к писателю хватило всего на год – начиная с 1963 г. его фактически прекратили печатать. При Брежневе ситуация стала ещё хуже, архив писателя был конфискован. Опальному автору ещё было позволено выступать – перед ограниченной аудиторией, прежде всего в научных кругах, где теплились остатки свободомыслия. Там, в научных институтах, автор читал отрывки из «Ракового корпуса», «В круге первом». А тем временем тайно работал над главным трудом своей жизни – «Архипелагом ГУЛА­Г». Понимая, что на родине его опубликовать невозможно (один из экземпляров рукописи уже арестовал КГБ), Александр Исаевич дал согласие на его публикацию в Париже. Это вызвало взрыв негодования в ЦК КПСС. Ситуацию усугубило «Письмо вождям Советского Союза», в котором автор открыто заявлял о своём неприятии коммунистической идеологии и предупреждал о тупиковом пути, по которому шёл СССР. Рубикон был перейден. В СССР началась жестокая травля писателя. В феврале 1974 г. он был обвинён в измене, лишён гражданства и выслан за границу.

Другая жизнь

Отношение к писателю стало меняться лишь при М. Горбачёве. С началом перестройки и гласности, с открытием архивов всё яснее становилось, насколько прав был писатель, отвергая коммунизм как путь развития России. Опубликованные в 1989 г. в «Новом мире» главы «Архипелага ГУЛАГ» стали для нарождающейся демократической общественности СССР серьёзным подспорьем для критики советской системы. В 1990 г. Солженицын был восстановлен в гражданстве, но лишь через 4 года, уже при Б. Ельцине, вернулся из США на родину. Прилетев в Магадан, он проехал до Москвы через всю страну.

Началась другая жизнь. Власти новой, демократической России явно благоволили ему. Для писателя были открыты двери издательств, трибуны для выступлений, телеэкраны. Будучи пресс-секретарём Ельцина, я видел, как президент робел перед встречей с «этой глыбой». «О чём я буду говорить с ним?» – тревожился Борис Николаевич.

Однако для Солженицына погружение в новую для него, переформатированную командой Гайдара страну оказалось непростым. Когда он жил за границей, то воспринимался диссидентствующей Россией как гонимый, почти как пророк. Его сравнивали с Радищевым, Герценом, Чернышевским. Вспоминали знаменитую статью Л. Н. Толстого «Не могу молчать». Однако, когда по возвращении домой он стал превозносить ценности деревенского мира, крестьянской общины и особого русского пути, у многих почитателей Солженицына это вызвало недоумение. А его регулярные выступления по ОРТ с назидательными проповедями по поводу обустройства России многих просто раздражали. После 12 серий их прекратили. Но заслуги писателя никто не отменял.

*  *  *

Полемика вокруг наследия Александра Исаевича продолжается. Поскольку продолжается поиск – пока безуспешный – путей развития России и сбережения народа. Сегодня книги писателя можно купить в любом магазине. О нём сняты фильмы, его произведения вошли в школьные программы по литературе и истории. А бывшая Большая Коммунистическая улица в Москве переименована в улицу Солженицына, что символично. В дни 100-летнего юбилея о нём обязательно вспомнит президент Путин. Будут памятные вечера и памятные концерты. И, как бы сегодня ни относились к его идеям насчёт будущего страны, несомненно то, что своим честным пером, своим подвижничеством в поисках правды он заслужил самое почётное место в истории России.

Очевидно, что в такой огромной и сложной стране, как наша, не может существовать одной правды. И хорошо, что у нас есть правда Солженицына. Актуальным остаётся и его главный, унаследованный от Л. Н. Толстого призыв – жить не по лжи.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Чем сейчас занимается балерина Татьяна Шеметовец?
  2. Можно ли выиграть суд у МВД?
  3. Сколько Беларусь планирует заработать на продаже картошки?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by