0 1672

Юрий Соломин: «Ненавижу слово «элитный»

Художественный руководитель Малого театра народный артист СССР рассказал корреспонденту «АиФ», что его волнует сегодня в жизни страны и мира.

«Жалко культуру, образование, медицину»

Ольга Шаблинская, «АиФ»: - Юрий Мефодьевич, вы всегда были человеком, радеющим за своё дело. Глядя на то, что сегодня происходит в нашей культуре, о чем вы думаете?

Юрий Соломин: - Жалко культуру. И не только её - и образование, и медицину. Потому что всё это создаёт культуру нации. Именно образование и культура формируют характер человека, национальную гордость. А нам сейчас не хватает как раз национальной гордости.

- А в советское время этой национальной гордости было в достатке?

- Да! Дело в том, что она, гордость, формируется с дет­ства. И у нас тогда было другое образование, были другие спектакли, фильмы. Моя учительница Вера Николаевна Пашенная говорила: «Уходя со сцены, оставляйте кусочек своего сердца». И я всегда говорю это своим студентам. Это как «Отче наш» для меня.

Но разве все сейчас так относятся к тому, что делают в искусстве? Всё меряется рейтингами. Слово «рейтинг» мне не нравится - точно так же, как не нравится слово «элитный». 

- А чем вас это слово раздражает?

- Элитные школы - почему они существуют? Те люди, которые сейчас считают себя элитой, учились в Советском Союзе, где элитных школ не было. Но они выучились, заняли своё место в жизни, положение! Потому что не было ничего, ни копейки - и вдруг алтын. Откуда? И сразу человек меняется, сразу становится «элитой».

- Из грязи - в князи.

- Почему сегодня в нашей стране одним достаётся всё, а другим ничего? Кто-то на яхтах отправляется в Монако, особняки себе в Лондоне прикупает, а другие копейки считают и лекарства себе не могут купить?! Мне больно на бабушек смотреть, которые милостыню просят. Это оскорбительно: человек всю жизнь проработал, а пенсия у него такая, что её хватает только на хлеб и лекарства. 

Вот это всё меня волнует. Именно восстановлением социальной справедливости должно заниматься руководст­во страны, чтобы у народа была гордость за Россию. 

Но здесь, конечно, не надо обвинять одних только руководителей. Важно и каждому из нас заниматься делом. Больше всего меня раздражает, когда человек критикует всё и вся, а сам ничего не делает. 

Почему они несут ахинею?

- А если взглянуть на мир в целом? Ситуация сейчас крайне накалённая вокруг России... Что вас как гражданина задевает в глобальной политике? 

- Меня волнует, что некоторые страны доходят до абсурда, говоря об итогах Второй мировой войны. Перевирается буквально всё. Уже Россия стала агрессором, а не фашистская Германия. Неужели непонятно, что они несут ахинею? (Громко.) Неужели это непонятно?! 

Я всегда хорошо относился - и сейчас так отношусь - к полякам. Простые люди не виноваты в том, что делают политики. И культура у них всегда была на уровне - польские театр и кинематограф, бывало, занимали одно из ведущих мест в Европе. Но то, что теперь говорят их руководители о Второй мировой, - это уму непостижимо.

- Если уж на то пошло, то не только эти «братья-славяне» предали нас.

- Да, то же самое, что о Польше, я могу сказать и о наших отношениях с Болгарией. Это же пародия на человеческую жизнь: сначала они говорят одно, потом - другое. Как они относятся к нашим памятникам? Мне больно.

Я же всё-таки не вчера родился. Я ведь помню войну. Помню, какой вклад внесла наша страна в победу над фашизмом.

«Я бы кое-кого урезонил. Верни, что у страны взял»

- Сейчас люди очень разобщены, трудности, как выяснилось, нас не очень-то сплачивают. А тогда, в войну, как было?

- Когда война закончилась, мне было 10 лет. А лет в 7-8 я ходил с перевязанной рукой: намотал себе бинт какой-то, чтобы все смотрели и думали - маленький такой, а уже воевал. Понимаете? Мы хотели победы. В Чите резко­ континентальный климат: летом +40 °С, зимой -40 °С, холода дикие. В 1943 г. я пошёл в школу. И после первого урока нас подкармливали пирожками с ливером. 

- Вкусные они были?

- Я их никогда не забуду, эти пирожки... Наша учительница топила печку - школа деревянная была, ставила на неё на первом уроке чайник, он, пока урок идёт, закипал. А на втором уроке она проходила по рядам, разливала нам всем кипяток в кружки, доставала из сумочки четвертинку с разведённым сахарином и, продолжая рассказывать нам о жизни, каждому разливала по пол чайной ложечки этого сахарина. Мы сидели, слушали и знали: сейчас принесут пирожки. И, действительно, на противне их заносили в класс. 

- У вас такое выражение лица при этом, что слёзы наворачиваются. За душу берёт рассказ.

- Я недавно побывал с гастролями в родной Чите, где не был 40 лет. Сотрудники Дома пионеров, в котором я когда-то начинал, попросили меня, чтобы я зашёл на секунду. Там хорошие педагоги, они воспитали уже не одно поколение и с дошколятами занимаются, и драматический кружок есть. У меня был единственный свободный день, я собирался идти на могилу к отцу. Но в Дом пионеров всё равно решил заехать. Меня встречали пирогами с ливером. Объяснить невозможно, что со мной было. Это надо почувствовать. Видите, даже у вас слёзы, когда я рассказываю.

А возвращаясь к нашему разговору о социальной несправедливости... Что бы я сделал, чтобы изменить ситуацию? Я бы кое-кого урезонил. 

- За решётку бы отправили?

- Нет, не тюрьмой, а скорее экономически, нравственно. Не хочешь в России жить - уезжай, сейчас всё свободно. Но только сначала верни то, что тут взял.

Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Подписка в 2018 году


Актуальные вопросы

  1. Куда обращаться, чтобы починить почтовый ящик?
  2. Какая пенсия у Аллы Пугачевой?
  3. Будет ли студент считаться «тунеядцем» в Беларуси, если учится за границей?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by