Татьяна Уланова 0 4132

Семью держит юмор. История любви Льва и Ирины Лещенко длится 43 года

Отношения супругов с годами становятся только лучше.

Лев Лещенко с супругой Ириной.
Лев Лещенко с супругой Ириной. © / РИА Новости

В прошлом году Лев и Ирина Лещенко отметили рубиновую свадьбу. Это интервью с ними было записано несколько лет назад. Многое менялось в их жизни: машины, квартиры, дома... Неизменным остались отношения супругов. Впрочем, нет… Как хорошее вино, с годами и они стали лучше.

Так закончилась ночная жизнь

 Ирина, вы ведь по профессии дипломат. Навыки пригодились, когда возник роман с будущим мужем?

Ирина: Я изучала экономику зарубежных стран в МГУ, а в то время было модно отправлять студентов в соцстраны по обмену: я своей специализацией выбрала Венгрию. Жила в общежитии, а после четвертого курса поехала в Сочи отдыхать — там мы с Левой и познакомились. Потом встретились уже в Москве, завязалась дружба, стали переписываться. И при любой возможности я возвращалась: на каникулы, летом. Когда вернулась совсем, решили пожениться.

 Галантный мужчина, известный артист... Лещенко, наверное, сразу покорил вас своим вниманием, обаянием?

Ирина: Да, каждый день в девять вечера звонил мне в Будапешт, не давая возможности куда-то пойти. Так что моя ночная жизнь на этом закончилась, а по молодости хотелось еще гулять и танцевать.

 Как же произошла кульминация?

Ирина: Все уже шло к логическому завершению, отношения развивались, так что в конце концов он сделал мне предложение. Пришлось принять.

 Он просил руки у ваших родителей?

Ирина: У меня попросил. А я постфактум сказала родителям. Они на него посмотрели, сказали, что вроде прилично выглядит — сойдет… У них было превратное отношение к артистам: вроде это такие люди… в общем, не очень…

 Трудно вам было добиться расположения Льва Валерьяновича?

Ирина: Да. К тому же оказалось, что он женат.

Лев: Я находился в стадии развода. Первый брак получился не совсем удачным: я артист, жена — артистка. Значит, много поездок в разные стороны, ревность и соперничество — и творческое, и человеческое, отсутствие взаимопонимания.

 Долго жили вместе?

Лев: Нет, общались где-то лет восемь, а в браке… Уже и не помню. В 1968 году я женился на Альбине Абдаловой, своей первой супруге, будучи студентом четвертого курса. В 1974 году у нас начались трения, и потом — трения, трения, трения… А спустя два года встретил Иру. Я был на гастролях, она отдыхала в Сочи… Словом, познакомились, понравились друг другу. И в 1978 году поженились.

Расписаться во Дворце было нельзя

 Свадьба была шумная? У артистов, как правило, очень много знакомых?

Ирина: Нет, присутствовали только близкие родственники. У меня даже фаты не было, все очень скромно.

Лев: Во-первых, раньше было такое положение — во втором браке нельзя было расписываться во Дворце бракосочетания, поэтому мы сделали это в местном ЗАГСе, напротив нашего дома, но нам даже понравилось. Во-вторых, мы с Ирой — люди не пафосные, шума не любим.

 Родители хорошо приняли новых членов семьи?

Ирина: Мы были самостоятельными — я пять лет как от родительского дома откололась, а Лева давно уже не жил с родителями, так что их мнения для нас особого значения не имели.

Лев: Я, конечно, Иру заранее представил родителям, а она познакомила меня со своими. Это случилось за месяц - полтора до ЗАГСа. Но только на свадьбе все встретились.

— Могла ли Ирина предполагать, учась в Будапеште, что «отхватит» такого жениха!

Лев: Да, ей повезло: еще год она промучилась в аспирантуре, а потом я стал возить ее по гастролям. Поскольку мы были молодые и нам трудно было оторваться друг от друга, естественно, я предлагал ей поехать то в Ленинград, то в Новосибирск, то в Кемерово. Она со мной моталась, учиться было некогда, и потом, честно говоря, я предложил ей бросить аспирантуру, тем более что проблемы зарубежной экономики ее не интересовали. Тема достаточно скучная для женщины, мне кажется. «Зачем тебе это?!» — сказал я тогда.

 То есть это вы за нее все решили?

Лев: Появилась стабильность, притерлись друг к другу. Я понял, что можно уже ездить одному, она тоже стала мне доверять, так что занималась хозяйством. Чем и сейчас занимается —уже в загородном доме. На ней собака, имущество, ремонт квартиры… Словом, не сидит без дела.

Ирина: Я все время что-то ремонтирую — устала уже.

Лев: Она достаточно увлеченный человек в плане…

 Ремонтов?

Лев: Ремонтов, дизайна… Привязанностей ко всяким пошивочным делам: она очень хорошо шьет, и в свое время все для себя моделировала — все новинки, которые появлялись в модных журналах, тут же воплощала в жизнь.

 Напрашивается вывод, что Лев Валерьянович дома ничем не занимается?

Лев: Ну почему? Бывает, выгуливаю собаку. Когда заканчивали оформление дома, сверлил дырки, вешал картины, люстры.

 Но вообще это бывает крайне редко?

Лев: Мне очень нравится… Вы будете смеяться, но… чистить снег. С собакой, конечно, ходишь, гуляешь. А вот каким физическим трудом заняться на улице? Уборка снега в этом смысле — прекрасный вариант.

Ирина: А я летом очень люблю косить траву.

Лев: Вот сегодня Ира бегала на лыжах, у меня не получилось, потому что я встал — сразу миллион дел, звонков, а она с Тамарой Винокур пробежала 10 километров.

Владимир Винокур с супругой Тамарой и Лев Лещенко с супругой Ириной. «Кинотавр», 2013 г.
Владимир Винокур с супругой Тамарой и Лев Лещенко с супругой Ириной. «Кинотавр», 2013 г. Фото: РИА Новости

Ссоримся только на полчаса

 Вы можете рассердиться друг на друга?

Лев: Да мы постоянно сердимся.

Ирина: Но дойти до состояния ярости не удается.

 Кто прекращает первым?

Ирина: Обычно тот, у кого сохраняется чувство юмора — достаточно улыбнуться или перевести разговор в другое русло, как понимаешь, насколько эта ссора бесперспективна.

 То есть спасает семью юмор?

Лев: Да у нас не бывает ссор, которые длились бы день, два. Мы не можем не разговаривать, как некоторые. Все проходит буквально через 20-30 минут.

Ирина: Ты засекал время?

Лев: В принципе все наши ссоры, так сказать, в творческой плоскости. Сейчас, например, ей нравится такой цвет стены, а мне — другой.

Ирина: Но мне нравится тот же самый, просто ты его иначе называешь, поэтому я никак не могу понять, о чем речь.

 А в ваше настоящее творчество — сценическое  Ирина пытается проникнуть с критикой?

Лев: Ира очень категоричная, поэтому я с некоторых пор не даю ей ничего слушать.
Она воспитана на хорошей западной и классической музыке. Современная эстрада особого удовольствия ей не доставляет. И так-то у нее достаточно критический ум, а уж если специально нужно покритиковать, развернется так, что мало не покажется. Поэтому стараюсь как-то настроить перед тем, как показать новую песню. Она слушает и сразу говорит: это пустышка, скучная музыка или вообще бездарно, графомания… Очень редко ей что-то нравится.

 В чем секрет семейной дипломатии, Ирина?

Ирина: Дипломатия складывается изначально. Все рождается от большой любви. Плюс люди должны подходить друг другу, чтобы не ошиблись в выборе.

 Как же распознать  подходят люди друг другу или нет?

Ирина: Распознать невозможно — время покажет. Если не подходят —разойдутся, а если подходят — будут мучиться до конца.

Лев: Эмпирическим путем.

 Ну, сейчас-то вы уже притерлись друг к другу… Или еще бывают вспышки ревности?

Ирина: Я вот все хочу вспышку ревности испытать, но у меня, наверное, окислительно-восстановительные процессы происходят на таком уровне, что разбить или порушить что-то в гневе я не в состоянии. Созидательных сил на агрессию очень мало. Раньше муж мне такой возможности не предоставил. А сейчас как-то глупо, по-моему. В таком состоянии, возрасте.

 Разве ревность  возрастное чувство?

Лев: Любви все возрасты покорны.

Ирина: Вы знаете, что такое любовь? Это некритическое восприятие человека. Когда любишь, не понимаешь, почему… У меня же критический склад ума — если уж мне кто-то понравился, это все!

 Но с критическим складом ума невозможно не замечать недостатков.

Лев: Если человек любит, он прощает все, не видит недостатков. Ему говорят: да посмотри, он же страшный — нет, самый красивый. Да он же дурак — нет, умный. Да он же вообще бездарный — нет, самый одаренный.

 Вы никогда не пытались друг друга переделать, подстроить под себя и свои привычки, перевоспитать?

Ирина: Все время пытаемся, только этим и занимаемся, но это совершенно бесперспективное занятие. Самое большое заблуждение человечества — оценивать другого по себе.

Никаких заначек от жены!

 Всегда откровенны друг с другом?

Ирина: Да. И, по всей видимости, эта откровенность много значит.

Лев: Во всяком случае я никогда не прячу от нее денег — никаких заначек.

Ирина: А я прячу… Я просто откровенность немножко иначе понимаю.

Лев: Да я шучу!

Ирина: А я нет. Муж для меня как подружка.

Лев: Ну это не совсем так. Конечно, она мне все говорит… Или не совсем все? Кое-что, наверное, оставляешь про запас? У каждого бывает разное настроение. Если мне нужно что-то сказать, я зайду с другой стороны, подготовлю ее, а уж потом выпалю. Все можно оправдать, объяснить. Важно не подводить человека в главном. Не обижать, не предавать.

Ирина и Лев Лещенко.
Ирина и Лев Лещенко. Фото: globallookpress.com

 Вы любите гостей?

Ирина: Я гостеприимная, но больше люблю неожиданных гостей, тогда с меня ответственность снимается — все легко, просто, все довольны, веселы, все получается. А когда званые ужины на 20 человек, нужно думать, как это будет выглядеть, и я нервничаю.

Лев: Ира прекрасно готовит, вообще, думаю, в нашем кругу — первая кулинарка, первая портниха и первый дизайнер.

Ирина: Значит, ты ко мне очень хорошо относишься.

 Это только сейчас выяснилось?

Лев: Нет, почему? Она — настоящая жена, хозяйка дома. Я вот где-то неосторожно высказался об артистках, и папа мне сделал замечание: как ты можешь говорить, что никогда не женился бы на артистке. Я говорю: ну, пап, это действительно так — не может артистка быть хорошей женой! А мне, творческому человеку, нужна хозяйка. Нужен тыл. Нужно, чтобы за мной ухаживали, нормально кормили. Чтобы в доме была приятная атмосфера, светло, чисто, уютно. Чтобы не было нервотрепки, чтобы все интеллигентно. И чтобы человек, который рядом, понимал тебя.

 Вот вы говорите: Ирина  настоящая жена. А вы-то  настоящий муж?

Лев: Да, в общем, я один из тех немногих мужей, которых можно считать практически идеальными. Не пью, не гуляка, деньги несу в дом, люблю уют, спокойный, достаточно щедрый и добрый… Ну, а что — сам о себе хорошо не скажешь, кто скажет?

Ирина: Одно из достоинств моего мужа — что он редко бывает дома. Это один из факторов, который позволяет нормально жить. Был бы муж-чиновник, приходил бы в 7 часов вечера…

Лев: Садился на диван с газетой, включал телевизор…

Ирина: Эта монотонность меня убила бы. А тут есть какая-то непредсказуемость.

 Никогда не знаешь, когда придет?

Лев: И придет ли вообще. Нет, такого не бывает, конечно, — я всегда предупреждаю, во сколько приеду.

Ирина: А обычно еще и опаздывает, так что дает в запас время, чтобы подготовиться.

 Какой самый неожиданный подарок вы сделали друг другу?

Лев: Их было много. Ну, говорить, что я подарил жене хорошую машину — так это не неожиданный подарок.

Ирина: Но долгожданный. Мы не придаем этому большого значения. Например, увидел он что-то в ювелирном: давай, куплю. Я отвечаю: ты уж тогда подготовься, что ли, к годовщине… А у нас все — не по датам.

Лев: Увидел за границей красивую вещь, привез — подарил. Вот Ира к Новому году собирает для всех подарки, перевязывает ленточкой. Я в этом году получил халат, еще что-то. А она — ничего. Говорю: ты же видела, как я был занят, ну потом что-нибудь подарю. И подарил поездку в Париж — она поехала, отдохнула.

Ирина: Ну, если тебе приятно думать, что это ты сделал, — хорошо. Я-то думала, что сама себе подарила. Главное — хорошие отношения друг к другу. В глобальном смысле. А когда там что-то будет подарено — совершенно не важно.

Лев и Ирина Лещенко на праздновании 75-летия артиста, 2017 г.
Лев и Ирина Лещенко на праздновании 75-летия артиста, 2017 г. Фото: globallookpress.com

 Лев Валерьянович, в школе и в институте вы были таким же галантным?

Лев: Я жил тогда с родителями в хорошем районе — на Войковской. Дом был благополучный — в нем обитали сотрудники органов безопасности, известные спортсмены, так что и воспитание мальчиков, и сами семьи были соответствующими. Не было никаких эксцессов. Более того, я переехал в новый дом, и в этом же году мы пошли в школу вместе с девочками — нас объединили в шестом классе. Сразу появились какие-то привязанности. Девочка, которая мне нравилась, была в седьмом. И мы с приятелем писали ей записки — она ему тоже нравилась, но он делал вид, что ему все равно. Так вот, мы сворачивали из бумажек пульки и отправляли, а девочка собирала и возвращала нам. В седьмом классе мы танцевали на школьных вечерах, даже выпивали вино, в восьмом, наверное, уже гуляли, ходили с девочками в кино. А в девятом начались такие отношения… Нет, не сексуальные, конечно, скорее —платонические. Стать мальчику девятого - десятого класса мужчиной в наше время было аномалией. Мы, конечно, думали об этом, но занимались спортом — это отвлекало.

Ирина: А у нас в МГУ был сумасшедший смешной физкультурник, который говорил: спорт в условиях юга заменяет женщину. И организовывал лагеря, чтобы ребята там потели…

Лев: Вот и мы заменяли женщину спортом. Я еще ходил в кружки — на вокал, художественное слово. Первая любовь появилась в десятом классе. После школы я еще ухаживал за этой девочкой, потом ушел в армию, и, как всегда бывает, она вышла замуж… Не дождалась. Было немножко грустно, но не могу сказать, что убивался — в армии у меня появилась знакомая девушка, а в институте я уже встретил будущую первую жену… Ирина — вторая. Все! Больше никаких влюбленностей! Были знакомые — в период, когда ходил холостой. Я же не этот… Про женщин говорят: синий чулок, а мужчины — кто? Так вот, я им не был…

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Подписка в 2020 году

Актуальные вопросы

  1. Чем заняты астрономы, когда небо затянуто тучами?
  2. Как выглядит миллиард долларов?
  3. Может ли учитель поставить двойку, если ученик не был на уроке?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by