www.aif.by 0 1872

«Зверь, а не актриса». В ноябре Людмиле Гурченко исполнилось бы 80 лет

Статья из газеты: 17/11/2015

Уже став звездой, легендой, Гурченко сетовала, что ничего толком не успела сыграть, что ей надо было родиться в другое время...

Ругались легко

«АиФ» как-то спросил Людмилу Марковну, почему, в отличие от многих актрис, она никогда не пыталась скрывать свой возраст. Гурченко ответила: «Что скрывать, когда на первой же странице моей книги написано: «Я родилась 12 ноября 1935 года». Скрывать? Глупо. Вообще мне за границей хорошо - там никто не знает, когда вышла «Карнавальная ночь». А здесь…»

А здесь её творческая и личная жизнь всегда была темой обсуждения. Обсуждать было что… Стремительный взлёт, забвение, травля, шестеро мужей, тяжёлые физические и душевные травмы - вся её судьба пронизана драматическими событиями. О ней при жизни слагали легенды, а уж после смерти - тем более.

«Из того, что рассказывают сейчас о Гурченко, из всей этой мемуарной беллетристики можно подумать, что она была идеальным человеком. Нет, это совсем не так. Человеком она была очень непростым, - рассказал «АиФ» Александр АДАБАШЬЯН, который хорошо знал актрису, неоднократно с ней работал. - На неё можно было и злиться, и обижаться (что многие и делали). И мы с ней не раз ругались. Но наши споры были, как правило, связаны с работой. Она защищала свои профессиональные интересы, я - свои. Правда, к концу рабочей смены мы об этом забывали. Мирились с такой же лёгкостью, с какой ругались. Но я всегда отдавал себе отчёт в том, что Гурченко – личность уникальная, редкая, фантастически талантливая!»

«С Люсей мы познакомились на репетиции во съёмок картины «Вокзал для двоих», - вспомнинает Олег БАСИЛАШВИЛИ. - Для меня она была каким-то недостижимым идеалом. Я настолько волновался, что у меня случился актёрский зажим (после Люся призналась, что тоже была зажата в тот момент). Стеснялся её до ужаса! А нам с ней с первого дня нужно было целоваться взасос. Но как?! Она народная артистка! Мы с ней только познакомились! Два дня я пытался сыграть нашу любовную сцену, произнести многословный красивый текст, прописанный в сценарии. Бесполезно! Не получается. Закончилось тем, что я ушёл со съёмочной площадки. Думал, после этого меня с роли снимут. Ситуацию   спасла Люся. Она переписала речь моего героя, превратив её в набор междометий. Помогла мне невероятно! С тех пор я в Гурченко просто влюбился».

Уговорили на книгу

В Людмилу Марковну влюблялись многие. Главным же мужчиной в жизни Гурченко был её отец. «Когда мы снимались в «Сибириаде», каждый день у нас полтора часа уходило на дорогу, - вспоминает Адабашьян. - Всё это время Люся рассказывала нам про папу, которого она любила до последнего вздоха. Тогда Андрон Кончаловский и Никита Михалков стали уговаривать Гурченко написать книгу. Поначалу Люся отмахивалась, но, по мере того как продолжались её рассказы, она и сама начала понимать, что всё это не должно пропасть. Правда, то, как она рассказывала, и то, как она писала, - это небо и земля. Настолько колоритный был её папа, настолько самобытна была его речь, что записать это по цензурным соображениям было просто невозможно. Да и то, как показывала и рассказывала Люся, передать очень трудно».

«Я был первым слушателем, которому   Люся читала свои потрясающие воспоминания, перелистывая мятые,   исписанные мелким косым  почерком  страницы будущей книги, о своих родителях, дет-стве и всей своей жизни, - говорит Никита МИХАЛКОВ. - Это было во время подготовки к съёмкам фильма «Пять вечеров». Кстати, с этой картиной, а точнее, с участием в ней Гурченко, связана одна занятная история. Чтобы сняться в «Пяти вечерах», Люсе по ряду организационных причин пришлось сыграть у меня же в «Обломове». Но как сыграть!.. Помните, во время сцены повального дневного сна в усадьбе у окна сидит старуха - древняя, в сетке морщин, согбенная, которая на секунду смотрит в камеру, а потом роняет голову - уснула, как и все. Вот это и была Гурченко».

«Была ли Людмила Марковна счастливой? Думаю, до конца счастливой она просто не могла быть, - говорит Адабашьян. - Она до мозга костей была актрисой, и никакая личная жизнь - ни дети, ни внуки, ни даже горячо любимый папа - не была для неё важнее работы. Если появлялась возможность сыграть то, что она хотела, чувствовала, всё остальное задвигалось на второй, третий план. Отношения, болезни, материальные интересы - всё это становилось неважным. Она не боялась быть смешной, некрасивой, но при этом для неё было важно оставаться «леди Совершенством», лишённой недостатков. А физические недостатки, которые ей мешали, у Гурченко были. Она прекрасно знала о них, они были её больным местом. Кроме неё, эти секретики знали только гримёры и операторы. Но, если кто-то осмеливался сказать ей об этих вещах прямо, он получал в лице Люси врага на очень продолжительное время».

«Я не знаю, какой Люся была в бытовой жизни, хотя мы дружили с ней многие годы, - рассказывает Басилашвили. - Могу только сказать, что на съёмочной площадке Люся была зверь! Она была требовательна абсолютно ко всем, но в первую очередь к самой себе. Пока сцена, эпизод не получатся, как надо, она не могла успокоиться. Великая профессионалка, каких единицы. Больше тут и добавить нечего…»

Сергей ГРАЧЁВ

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Подписка


Актуальные вопросы

  1. В чем отличие такси от аренды авто с водителем?
  2. Почему хлеб попал в немилость к диетологам?
  3. Правда ли, что сахар улучшает работу мозга и поднимает настроение?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by