Наперекор прогнозам. Почему не удалось остановить Первую Мировую войну?

105 лет назад, 28 июля 1914 г., началась Первая Мировая война. «Великая война», разделившая мир на до и после. Однако она могла стать другой. Или не состояться вовсе.

Маскировка позиции пулемёта. 1915 г.
Маскировка позиции пулемёта. 1915 г. © / Public domain

Тому были причины. Более того – сторонам уже разгоравшегося конфликта было выделено время на раздумья. Немного: четыре июльских и, с некоторыми оговорками, шесть августовских дней. Но они могли изменить историю человечества.

Строго говоря, 28 июля началась война лишь между Австро-Венгрией и Сербией. И она ещё могла остаться рядовой европейской войной. Возможность худо-бедно «отыграть назад» существовала. А некоторые «главные игроки» Первой мировой тянули с формальным объявлением войны и вступлением в неё до последнего (см. инфо­графику).

Но на самом деле войны – настоящей, большой и непременно с победой для себя – жаждали все. Хотя были прекрасно осведомлены о том, какой будет эта война. Каким оружием её будут вести. Чем она закончится. Сколько примерно жизней унесёт. Заранее известно было даже то, что для некоторых монархий дело неминуемо кончится революцией и крахом.

«Пророки» и прогнозы

Тут самое время появиться фигуре какого-нибудь «пророка» вроде Григория Распутина, который якобы предостерегал Николая II от вступления в войну буквально за пару дней до её начала: «Милой друг скажу грозна туча нат Рассеей беда горя много темно и просвету нету, а крови? Рассея в крови велика погибель бес конца печаль».

Подобные дешёвые «пророчества» оттесняют настоящие прогнозы, сделанные умными людьми. Прогнозы эти подтвердились в полной мере. Но те, кто принимает решения, от них презрительно отмахнулись.

Скажем, о том, что грядёт позиционный кризис окопной войны, впервые сказал Фёдор Достоевский ещё в 1877 г., анализируя осаду Плевны: «Я хочу только выразить формулу, что при нынешнем ружье, с помощию полевых укреплений, всякий обороняющийся, в какой бы то ни было стране Европы, получил вдруг страшный перевес сил перед атакующим. Сила обороны пересиливает теперь силу атаки…» Заметим: тогда ещё не было пулемётов, но суть «окопного кризиса», когда атаки раз за разом захлёбываются под огнём противника, а прорыв позиций почти невозможен, схвачена Достоевским удивительно точно. Будучи по образованию военным инженером, он знал, о чём говорил. Его журнал «Дневник писателя», где был опубликован анализ, читали и при дворе, и в Генштабе. Но что для профессионалов мнение какого-то писаки?

Десять лет спустя в игру включится тот, над кем сейчас принято издеваться как над человеком, все прогнозы которого якобы потерпели крах. Фридрих Энгельс. «Это будет война невиданного ранее размера, невиданной силы. От 8 до 10 млн солдат будут душить друг друга и объедать при этом всю Европу. Опустошение, причинённое Тридцатилетней войной, но сжатое на протяжении трёх-четырёх лет и распространённое на весь континент, голод, крах старых государств – крах такой, что короны дюжинами валяются на мостовой…» Через год он детализирует: «На французской границе будет затяжная война с переменным успехом, а на русской границе – наступательная война со взятием польских крепостей и революция в Петербурге, в результате которой перед господами, ведущими войну, всё предстанет в совершенно ином свете».

И снова точность прогноза потрясающая. И снова – полное презрение к мнению.

Убийственная точность

Эти яркие и точные, но единичные прогнозы меркнут в сравнении с капитальным шеститомным трудом «Будущая война в техническом, политическом и экономическом отношениях», который был издан в 1898 г. от имени русского подданного Ивана Блиоха. Только в последнем его томе – «Общие выводы» – 436 страниц. Остальные примерно вдвое объёмнее.

Охват тем впечатляет – от разбора «мелочей» вроде: «Эффективность штыковых и кавалерийских атак будет значительно снижена» – до пророческого: «Заключение мира последует не столько вслед­ствие побед, сколько от истощения сил. Во всяком случае, союзы распадутся раньше, чем будут достигнуты предположенные цели». Что в середине?

Ровно то, что случится спустя 16 лет. Глобальный, всеевропейский характер войны: «Протяжённые фронты на 1000 вёрст». Позиционный кризис: «Атаки для занятия неприятельских позиций в будущей войне до того будут трудны и кровопролитны, что ни одна из сторон не будет в состоянии праздновать победы». «Лёгкие» линии обороны перед окопами: «Заграждения из сваленных брёвен, проволочные заграждения и сетки, волчьи ямы». Танки как средства прорыва таких линий: «Панцирные лафеты, неуязвимые для пуль, осколков и лёгких гранат». Новые средства разведки и связи: «Полевые телеграфы и телефоны, оптические дневные и ночные световые аппараты для сигнализации и освещения полей сражений, фотографические приборы для съёмки местности с больших расстояний, сред­ства наблюдения за передвижением войск с воздуха». Невосполня­емый дефицит младшего и среднего комсостава: «Убыль офицеров и затем ослабление в войсках руководства». И как следствие – разложение армии. Словом, не начинайте войну – она приведёт с собой революцию и угробит все ваши империи.

«Верю – не верю»

Император Николай II был внушаемым человеком. Труд Блиоха на него произвёл впечатление. Уже в 1899 г. русский царь, напуганный такой перспективой, созывает Гаагскую мирную конференцию, где настаивает на разоружении. Или хотя бы на «мирном решении международных столкновений». По результатам которой и он сам, и его представитель Иван Блиох номинируются на Нобелевскую премию мира.

Император Николай II был внушаемым человеком – и именно поэтому, когда первое впечатление потускнело, его вниманием завладели «настоящие профессионалы». Они высмеяли и очередного «штафирку», и его шеститомник. В самом начале 1914 г. специалисту русского Генштаба заявили, что будущая война продлится от силы 4–5 месяцев. Что главной ударной силой в ней будут кавалеристы. Что артиллерия – это так, «довесок», которому будет достаточно по 1000 выстрелов на каждый ствол. Да и то потратят из них максимум 500, и 500 останется для ещё одной войны, про запас.

28 июля 1914 г. всё это казалось правдой…

Николай II объявляет о начале войны с Германией с балкона Зимнего дворца.
Николай II объявляет о начале войны с Германией с балкона Зимнего дворца. Фото: Public Domain

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Подписка в 2020 году

Актуальные вопросы

  1. Чем заняты астрономы, когда небо затянуто тучами?
  2. Как выглядит миллиард долларов?
  3. Может ли учитель поставить двойку, если ученик не был на уроке?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by