0 10336

«Всеобщая мамка». Светлана Крючкова – об одиночестве и родстве душ

Народная артистка России Светлана Крючкова родилась 22 июня 1950 года.

Светлана Крючкова в образе мадам Розы.
Светлана Крючкова в образе мадам Розы. © / Кадр телеканала «Россия – Культура»

Светлана Крючкова призналась, что 20 лет мечтала сыграть в спектакле «Жизнь впереди». И вот премьера новой постановки режиссёра Романа Мархолиа на сцене БДТ состоялась!

В её основу лёг роман Ромена Гари (псевдоним – Эмиль Ажар), главная героиня которого – мадам Роза, бывшая проститутка и узница Освенцима, а ныне содержательница приюта для детей падших женщин в эмигрантском квартале Парижа. Она убеждена: пока жизнь продолжается, всё ещё впереди.

Почему это на самом деле так, известная актриса рассказала «АиФ».

Ноев ковчег

Владимир Кожемякин, «АиФ»: Светлана Николаевна, почему вы так мечтали об этой роли?

Светлана Крючкова: Книгу Эмиля Ажара посоветовала мне одна из моих любимых подружек. Я прочитала и «заболела» мадам Розой и темами, поднятыми в романе: холокост, проституция, нелегальная иммиграция, сирот­ство, одиночество… Для того чтобы захотеть сыграть это, надо прожить долгую жизнь. В спектакле показан уже её конец: пройденный, крайне сложный, очень одинокий и полный всяких невзгод путь.

Там есть и национальная тема, и мне это очень нравится, потому что сама я родилась в Молдавии, в еврейском дворе, через 5 лет после войны. Я привыкла к этой культуре, к этой речи, к определённым отношениям в семье, к детям, между родственниками… Считаю, что национальность не играет решающей роли. Решающую роль играет душа человеческая. И мне хочется об этом говорить.

Мадам Роза – она как магнит, центр притяжения, Ноев ковчег, за который держатся несчастные, неприкаянные, брошенные, одинокие, никому в этом мире не нужные люди, потерпевшие жизненное фиаско. Вокруг неё собираются все те, кто пытается как-то спастись от смерти и разрушения. Моя героиня не только отчаянно борется за свою жизнь, но и поддерживает всех тех, кого бурное море жизни прибило к её кораблю. Такая «всеобщая мамка» – притом что говорит и ругается на многих языках мира. Такое у неё свойство характера – выкарабкиваться. И страстное желание выжить.

– Часто говорят: «Вся жизнь впереди». Как вы к этому относитесь?

– Роман так и называется: «Вся жизнь впереди». Для рус­ского человека эта строчка ассоциируется с популярной песней «Вся жизнь впереди, надейся и жди…». Вот мы и убрали слово «вся». По жанру наш спектакль – притча. Когда тело уходит из жизни, душа продолжает свой путь – об этом говорят все веры и религии. Этот спектакль – своего рода лента разрозненных воспоминаний мадам Розы, которые проносятся перед её уходом из жизни. То, что случается, когда сплетаются нити судьбы и вспоминается всё, что было хорошего и плохого, – и страхи, и сны, и любовь, и измены, и предательст­во. И всё равно нет отчаяния, а есть упоение жизнью и вкус к ней. Всё дело в финале – с чем человек подходит к этой точке, что накопил за свой путь. Каков финальный аккорд произведения, таков и его смысл. Если нет этого аккорда, нет момента, ради которого прожита жизнь, то всё оказывается бессмысленным и напрасным.

Звёзды в луже

– Почему герои спектакля оказались никому не нужны?

– В этом мире любят успешных людей. Жизнь вообще любит тех, кто достигает успеха, – неважно, какой ценой. А если от человека нет никакой выгоды, то вроде как и любить его не за что, и деваться ему некуда.

– В России с этим немного иначе – у нас сочувствуют неудачникам.

– Не говорите так. Это везде, по всему миру.

– Ваша мадам Роза «борется за жизнь изо всех сил, не испытывая никаких иллюзий насчёт доброты окружающего мира». А вы как считаете – мир добр к людям?

– Считаю, что на всякий случай всегда надо стоять в позе защиты. Не удивляюсь, если люди совершают подлые поступки. Скорее меня можно удивить чем-то добрым и хорошим.

– К вам мир повернулся своей доброй стороной?

– Было по-всякому. Кого Бог любит, тому даёт испытать величайшую радость и величайшее горе. Без этого не формируется душа человеческая. Страдания формируют душу. Человек либо становится озлобленным и гибнет, либо остаётся самим собой и взбирается на новую ступень. Как говорил Марк Аврелий: «Не событие это является несчастьем, а способность достойно перенести его – счастьем».

– Может ли человек своими поступками сделать так, чтобы мир к нему относился лучше?

– Нет, конечно. Он может изменить своё отношение к миру. Важно, что видеть, что выделять в этой жизни. Кто на что смотрит. Мне нравится образ: двое смотрят вниз, один видит лужу, а другой – звёзды, которые в ней отражаются.

– Вы сказали: «Эта пьеса зацепила меня темой одиночества». Почему это вам близко?

– Это сложно объяснить… Я была третьим ребёнком в семье. Самое яркое ощущение детства – чувство трагического одиночества. Откуда? Не знаю. С 5 лет сидела одна и читала книги. И в толпе чувствовала себя одинокой. До сих пор не люблю тусовки, большие шумные компании. Если в гости пришли два друга, четыре – ладно, хорошо. Но не больше.

Одиночество – это правда, а не иллюзия. Момент истины. Со временем оно как-то забывается, мы себя чем-то развлекаем. А в начале жизни это прон­зительное откровение, что ты на самом деле один.

– Может быть, причиной тому – детская психологическая травма?

– Не думаю. Скорее другое: мы же не знаем, кем были в прош­лой жизни, чья душа в нас переселилась. В меня, наверное, того человека, который страдал от одиночества… На самом деле все люди очень одиноки. Человек один рождается и один умирает. Без имущества и банковских карточек. Ни друзья, ни лекарства уже не помогут. И «там» тебя спросят: «Вот ты пришёл в мир. Вот ты ушёл. За время, пока ты жил на земле, что сделал хорошего, доброго? Изменил жизнь в сторону добра хоть немного, кому-то помог?» А сколько и чего имел – никто не спросит.

Люди, у которых много детей, тоже одиноки, поскольку дети вырастают и вылетают из гнезда. Ты всё равно остаёшься наедине с жизнью, с кошкой или собакой, с работой и книгами. Ребёнок – гость в твоём доме: накорми, научи и отпусти. Он не обязан тебе ничем, и никакой благодарности от него требовать не надо. Он не просился на белый свет, ты родил его сам. Наличие детей не означает, что ты будешь с ними до конца дней. Я лежала в больницах и видела, как много там одиноких людей – при наличии множества детей и внуков. Каждый живёт своей жизнью.

С другой стороны, одиночество возвышает душу – у тех, у кого она есть. Потому что мало передатчика, нужно, чтобы был ещё и приёмник. Есть люди бездушные. Сколько раз в жизни ты ощущаешь, что тебя не понимают! Когда с тобой происходят какие-то страшные вещи, ты думаешь: если люди об этом узнают, они ужаснутся и пожалеют. Но никто не ужасается и не жалеет, потому что у каждого свои проблемы, страхи и ужасы. И невероятное счастье, когда вдруг находится душа, которая отзывается на твой мельчайший шорох.

– Ваши слова: «Понимаю ли я сегодняшнюю жизнь за окном? Я стараюсь в это не погружаться, не нырять. Всё-таки мне много лет, я ухожу во внутреннюю эмиграцию – в свою поэзию, в работу». Почему вы так отстраняетесь?

– Вокруг меня всегда был житейский шум, полный дом, дети. Теперь они живут отдель­но, и внуки далеко. Но мне не хочется начинать с нуля. Никакие новые дружбы в 60 или 69 лет не начинаются. И я этого не хочу. Я не буду общаться с людьми, которые чужды моему духу. Тратить время на общение с ними, даже если они хотят общаться со мной, – нет, увольте.

– Это связано с возрастом?

– Так было всегда. Меня за это ещё папа ругал. Выстраи­ваю свою жизнь сама, без всяких менеджеров. А внутренняя эмиграция – это, наверное, нежелание подчиняться чужим законам, опора на себя.

Загрузка...
Загрузка...

REDTRAM
NNN
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Где пройдет платная автомагистраль в Китай? Инфографика
  2. Ждать ли грибов в 2019 году?
  3. Что такое «итальянская забастовка»?
REDTRAM
NNN

Новое на AIF.by